— Дэвушка-дэвушка, загляни ко мне, какой белье покажу! Французский, тонкий, шелковый.

Высокая брюнетка только фыркнула в ответ, даже не взглянув на Самвэла, и прошла мимо.

Аньку Самвэл заметил издалека. Была она теперь опять в своей майке и широких джинсах. Несла на плече дорожную сумку. Самвэл цокнул языком.

— Здорово, чернявый.

— Здравствуй, дорогая. Что, опять со своими грачами тряпок “намыла”?

— Мне тетка из Америки посылку прислала. Джинсики, рубашечки. Маме мало, мне велико. Возьмешь за дешево?

— Эй, Аня, куда возьмешь? Видишь, все девушки мимо ходят. Ничего им не надо. Целый день сижу, курю. Заболею так скоро.

— Не заболеешь, ты у нас крепкий мужик, — Аня поставила сумку рядом со стулом, достала сигареты.

— А ты откуда знаешь? — хитро прищурился Самвэл.

— Догадываюсь, — сказала Анька. — Джинсы фирменные. В “маркете” по штуке идут. Я тебе за четыреста сдам.

— Аня, давай лучше в ресторан пойдем. Я тебе хороший белье подарю. Любить буду.

— Самвэл, за совращение малолетних в тюрьму можно сесть.

— Это ты — малолетняя? — громко рассмеялся Самвэл. — Такая банда у нее, попадешься — до трусов разденут, а все в девочках ходит.

— Ну, берешь — нет? А то я себе другого барыгу найду.

— О-ох, какая ты, Аня, вредная, — покачал головой Самвэл. Он поднялся и скрылся в палатке. Анька оглянулась и вошла следом.

Они сидели во дворе в крохотном деревянном домике, стоящем посреди детской площадки, и в полумраке пили коньяк из горлышка — Миша, Иван и Анька.

Иван оторвался от бутылки, шумно засопел, сунул в рот лимонную дольку.

— Ну как? — поинтересовалась Анька. — Скажешь, дерьмо?

— Да, неплохая “конина”, — кивнул Иван. — Не зря я удочкой махал.

Анька взяла у него бутылку, сделала маленький глоток и поморщилась. — Бабки гони, Иван.

— Какие еще бабки? — Иван состроил удивленную мину. — Тебе “конины” мало? Каждый глоточек баксов тридцать стоит.