— Не знаю! — отрезала Анька.

Миша, ничуть не обидевшись на ее слова, отошел в сторону, закурил, положил на тлеющий табак кусочек гашиша, сунул в рот пластиковую трубочку и втянул в себя легкий дымок, который заструился от сигареты.

— Ань, когда мы уже с тобой поваляемся? — Иван подошел к Аньке, приобнял ее за плечи. — Я тебе сто баксов дам.

— Я тебе сама сто баксов дам, только отвали. Иди вон сними себе на Тверской. Сразу двух получится.

— Так они же бляди! — гнусно заулыбался Иван.

— А я — нет! — Анька достала атлас Москвы, полистала его. — Где “мыть» -то будем, тунеядцы?

Компания сгрудилась вокруг Аньки.

— У нас нельзя. В прошлый раз хорошо “помыли”, — сказал Иван.

— Ну и что? Мы ж родные, местные.

— Охрана взвоет.

— Может, тогда на Маклая “помоем”? Там два “маркета” друг напротив друга стоят. Один “копеечный”, и охранники — лохи, а другой — крутой. Я у них там коньяк за пятьдесят тысяч видела. Только не в зале. Прилавок отдельный с охранником и бабой, коньяк в шкафу, шкаф на замке. Зато камеры нет, и народу никого. Подходишь, охранник тебя сразу взглядом вжик! — как матрешку. У них там товара — на “шестисотый Мерс” хватит.

— Да ладно тебе…здеть-то! Не бывает таких коньяков. Они его высосали давно, а туда “квинтовского” пойла налили, — возразил Иван.

— Замажем на пятьсот “зеленых”, что есть? — тут же завелась Анька.

— Ты пятьсот не потянешь. Давай двести? — предложил Иван.

— Давай! — согласилась Анька.

Слегка “поплывший” от наркотика Миша, посмеиваясь, разбил пари.

— Вот куда такого брать? — вздохнула Аня, глянув в его покрасневшие глаза. — Слушай, Майкл, может тебя сразу ментам сдать, чтоб не мучался?

— Нормальный я, чего ты на меня баллоны катишь?! — возмутился Миша.

— Ладно, со мной пойдешь. Будешь на велике у дверей “маркета” стоять, будто с утра уже нагонялся, а теперь тусуешься. Ты только вспотей как следует, и “колы” попей. Рюкзак чтоб синий был. Понял, нет?